Ух ты, как здорово, что Вы прочитали мои книжки, причем целых две! Огромное спасибо тем, кто устроил это коллективное чтение – газете «Книжное обозрение», моим издателям – «Гаятри» и «Софии», богу Шиве, который помог мне с ними познакомиться и подружиться, тому, что в нашей благословенной среднерусской полосе находится место для таких чудиков, вроде меня и моего летающего крокодила… Ну, и конечно, спасибо Вам – всем, кто прочитал небольшую гору моих книг и прислал мне такие замечательные, можно даже сказать, нежные письма. А заодно и до такой степени умные вопросы, что сто мудрецов над ними будут головы ломать, и то неизвестно – ответят или нет. А вы хотите, чтобы это сделала всего-навсего я. Ну, что ж, попробуем.

 

     Вот я сейчас у себя в деревне Уваровке сижу перед раскрытым окном – в  окне вымахали травы, цветет белая турецкая гвоздика, две сойки с соседского участка прилетают – клевать иргу с куста – это такие синие сладкие ягоды, когда-то три тоненьких прутика посадил мой папа Лев вдоль забора. А наша соседка – старуха Хель – тетя Нюра, земляной человек, всю жизнь на железной дороге работала, пропалывала шпалы (оказывается, их тоже пропалывают – от травы!), пустила к нам козла, вот он обгрыз эти прутики. Она приходит с повинной головой, приносит огромную миску творога.

   - Возьмите, - говорит, - а то я вам ТАКОЕ сделала…

   Приехали этим летом в Уваровку, а ее уж на свете нет. Прудик ряской зарос, картофельное поле – бурьяном.  …Как человек становится писателем? Валера, дорогой, (я отвечаю Валерию Плющеву), никто Вам никогда на этот вопрос не ответит. Лучше не спрашивайте…

   А с какой по счету книги я воскликнула бы, «ай, да я, ай, да сукин сын?»

   Что у меня за счет? Все такое разное. Может, книжка рассказов «Моя собака любит джаз»? А может, роман «Гений безответной любви»? Или повести-странствия в Японию, Индию и Непал? Честно говоря, ни разу из моих недр не исторгся подобный возглас. Скорее, вспоминается японское  трехстишие:

   

   Хотя это абсолютная неправда. Как правило, я дышу полной грудью, постоянно гуляю в Коломенском или Ботаническом саду, катаюсь на роликах, люблю пить кофе в разных забегаловках. Мой образ жизни правдиво живописала Дина Рубина в своем могучем романе «Синдикат». 

   Надо заметить, (это я отвечаю на вопрос Жаннат Соколовой), Дина Рубина, по дружбе, конечно! всячески намекает в романе – на  мое просветление.

   Однако, перефразируя Марка Твена, который говорил, что «слух о моей смерти сильно преувеличен», также, подозреваю, обстоят дела и с моим просветлением. 

   Вообще, знающие люди говорят, что – «рассказать о личном опыте просветления» - не так-то просто. Как сообщает современный патриарх Чань-буддизма преподобный Шэн-янь, переживание глубинного просветления не поддается объяснению.

   - Поэтому, - он говорит, - я призываю вас открыть для себя вашу истинную природу самым непосредственным образом.

   И рассказал такую историю: на Тайване один старый монах читал лекции по «Аватамсака-сутре». В сутре говорится о «мире, украшенном цветами». Когда старый монах попытался описать этот мир, он открыл рот, но не смог произнести ничего, кроме восклицаний – «Ох!..» и «Ах!..»

   Его слушатели не поняли, что он хотел сказать.

   Просветлиться – считают мудрецы – означает пробудиться к своей истинной божественной природе. Причем на свете нет ничего, они говорят, кроме этой божественной природы, просто мы недостаточно внимательны, чтобы ее увидеть.

   И хотя сама я никакой не мудрец, озаглавив книгу «Учись видеть!», мне хотелось вот именно об этом поговорить со своими ребятами. Или почти об этом – о взгляде художника на мир. А мою книжку в магазинах – то поставят в отдел здоровья – на полку «Зрение», то в отдел «Искусство» – как писать маслом. И то и другое – нормально! Но «Учись видеть» - (я отвечаю Богдану Хитрово на его вопрос: если взялись учить видеть, значит, сами вы это умеете?) – и для меня нескончаемый урок. Я могу учить только тому, чему сама учусь на полную катушку.

     «Писательство для вас – потребность, образ жизни или что?» - спрашивает Жаннат Соколова.

   Наверное, и то, и другое и третье. Я помню, Аркадий Стругацкий в ответ на вопрос, может ли он не писать? Ответил:

   - Да, мог бы, конечно! Это такое трудное дело, порою, настолько мучительное, что – с удовольствием бы не писал!

   Не знаю, я люблю рассказывать про себя и про других людей, всячески изображать чудеса этой жизни. Мне кажется, так можно исправить любое положение, насытить энергией ситуации, в которых не удалось возвыситься над обыденностью, приворожить или вернуть любимого, исцелять и даже воскрешать из мертвых.

   И это благодарное дело. Видите, вот Вы пишете, что моя «Сутра» - светлая, вдохновляющая… А для меня там ожили мои родные тетки, бабушки, деды… Или вдруг прошедшей осенью из закрытого уральского города Лесного приехал детский театр «Арлекин» и пригласил меня на спектакль по книге «Моя собака любит джаз».

   Я шла и думала, ну, молодцы ребята, зря там у себя, в Лесном, времени не теряют, занимаются художественной самодеятельностью. А начался спектакль – и целая жизнь – моя, моего мужа Лёни, маленького сына Серёни и нашего английского сеттера Лакки – прошла перед нашими  глазами, так они гениально играли. Ей-богу, мы сидели и не знали – плакать нам или смеяться.  

   Есть очень сильные писатели, которые ощущают в себе писательскую мощь, я же ничего про себя не знаю. Я просто надеюсь, что меня осенит. Я всегда начинающий. И мне все помогают. Весь мир.

   «Мусорную корзину для Алмазной сутры» помог написать мой друг, настоящий сказочник, мим, мастер дзен Сергей Седов. Мать моя Люся рассказывает так, что только хватай карандаш и записывай каждое слово на первом попавшемся клочке бумаги! Сынок Серёня в детстве подбрасывал разные ценные идеи. Шутка ли, придумать такое начало к повести про милиционера Караваева: «Плыл корабль с тысячью милиционеров на борту. Плыл-плыл, и вдруг из воды вынырнуло огромное чудовище»?!!

   Постоянно во всех  начинаниях ко мне приходит на помощь художник, маг и чародей Леонид Тишков. Это он рисует фантастические иллюстрации и создает образ моей книги – как театра или окна в иные измерения – вместе  с с талантливым дизайнером Марией Югановой. Теперь Лёня выпускает в издательстве «Гаятри» свои собственные книги «НЕобычных существ Леонида Тишкова» - про космических водолазов, даблоидов и Живущих в Хоботах, и я волнуюсь, как бы он не утратил интереса к моим.

   Когда на «Радио России» выходила авторская программа «В компании Марины Москвиной» (я отвечаю Коле Семченко), со мной рядом плечом к плечу без малого десяток лет «играли в оркестре», верили в меня, радовались радости – великолепный радиожурналист Жанна Переляева и выдающийся режиссер Виктор Трухан.

   Я встречалась с  удивительными людьми, часами записывала их на магнитофон, беседуя о жизни, о любви, об искусстве, о странствиях, о старости, о страсти, о смерти и бессмертии, о просветлении. Достаточно перечислить моих героев: режиссер и сценарист Резо Габриадзе, философ Георгий Гачев, анатом и писатель – профессор Лев Эттинген, исследователи инопланетных дел Владимир Ажажа и палеуфолог Владимир Авинский, главный геронтолог России Леонид Лазебник, танатотерапевт Владимир Баскаков, летчик-испытатель Марина Попович, незабвенная Рина Зеленая, джазовый музыкант Михаил Альперин, путешественник «на выживание» Виталий Сундаков, проповедник Виссарион – бывший милиционер  из Минусинска,  который в один прекрасный день  почувствовал, что он – Мессия; руководитель первого хосписа в России Андрей Гнездилов; писатели Яков Аким, Юрий Коваль, Дина Рубина, Владислав Отрошенко, Даур Зантария, поэт Андрей Туркин, художник-огнепоклонник  Гарик Виноградов, карикатуристы Олег Теслер, Сергей Тюнин, Виталий Песков, Андрей Бильжо, дрессировщик  Юра Ананьев…

   Об этом ярчайшем периоде моей жизни, в котором так ощутимо присутствовали эти уникальные люди – некоторых из них сейчас нет на Земле, но уже навсегда остались их голоса! - я хочу написать книгу. Я даже связала для нее обложку – золотого дракона в пылающем небе на восходе солнца.   

   Тут мы переходим, Коля Семченко, к вопросу насчет вязания: что чему способствует – писательство вязанию, или вязание – писательству?   

   Действительно, вязание – это медитация и хэппенинг.    

   Время от времени мне вдруг встречается человек, которому хочется связать свитер  или, по меньшей мере, шапку или варежки. Как правило,  это символизирует мое изумление, благоговение или великую благодарность. Притом, что – редкая  птица сможет надеть мою вещь и храбро выйти из дома, поскольку на спине у этого человека будут сиять огромные белые тысячеглазые крылья, по животу поплывут настоящие рыбы, на груди парусные корабли в океане станут сражаться с яростными  шквалами, по плечам разлетятся чайки, и в лунной звездной ночи зависнет на рукаве инопланетный корабль с горящими иллюминаторами, из которых будут с огромным интересом выглядывать наши братья по разуму.

    Эти свитера живут своей жизнью, но собираются по моему зову: их выставляли в Музее декоративно-прикладного искусства, а также в галерее редакции журнала «Знамя», где попросили для полноты экспозиции добавить… живописных картин. Тогда Лёня Тишков дал краски, кисти, поставил мольберт, и – получилась  картина «Дерево всех деревьев», с настоящими листьями из разных садов Земли – из Индии, из Японии, из нашего Царицына.

   «Дерево всех деревьев» стало обложкой книги «Учись видеть». Так все незаметно способствует друг другу, перетекает одно в другое, если твое существование похоже на танец. Незнакомые люди обитают в разных краях Земли, бесконечно близкие, как мы, Настя Яровая, с героем Вашего очерка,  – музыкантом, врачом, голубеводом, аквариумистом, тяжелоатлетом. И как сам он, в свою очередь – с героем моей сказки – летающим крокодилом.      

  Вы спрашиваете, Настя, с чего начинается Марина Москвина?  Я с удовольствием обнаруживаю в этом вопросе мощнейший дзенский коан: каким было твое лицо до  рождения, и каким оно будет после смерти?

   Коан – это вопрос, на который в принципе нет ответа. Коан использовал Учитель, чтобы очистить сознание ученика:  вопрос – остановка мира – облака рассеялись и только одно небо – чистое существование – обрушивается на тебя! 

   Осталось ответить на три вопроса:  как я пришла к восточным учениям? Согласна ли, что Библия – величайшая книга на Земле, и какое мое отношение к другим религиям? Как удается – ТАК НАДОЛГО – сохранить в себе детство?

   Знающие люди говорят, что солидные учения имеют глубокие корни. А поскольку все мы – более  или менее древние существа, и не первый раз посещаем эту планету, то всякий раз тянемся к тому, что и раньше помогало нашему росту и расцвету.

    Ну, конечно, Библия – величайшая книга. К счастью, у человечества есть величайшие книги, путеводные, с самых разных сторон указующие на тот исток, откуда явилась  вся тьма вещей и куда она возвращается.

   …В любой религии для меня важен Мастер и настоящий искатель.   

   …Насчет долгоиграющего детства, Максим, – я уж и не знаю это – еще  сохраненное или уже приобретенное?

   Ах, да! Валерий Плющев спрашивает: у каждого приходит время «проклятых» вопросов. Можете ли дать ответ на один из них: «В чем смысл жизни?» Или для ответа потребуется целый трактат?

   Маленькая притча вместо трактата.

   Однажды Хякудзё Исэй сказал монахам:

   - Когда вы закончите возделывать новое поле, я поведаю вам Смысл Сущего.

   Монахи закончили работать в поле и обратились к мастеру:

   - Мы просим вас поведать Смысл Сущего.

   Хякудзё Исэй широко  развел руками.